Понедельник, 25.09.2017, 12:36
Приветствую Вас Гость | RSS

Меню
Регистрация

Каталог статей

Главная » Статьи » ДОПОЛНИТЕЛЬНЫЙ МАТЕРИАЛ » Источники

Публий Корнелий Тацит. "Германия"

Гл.2. … В своих старинных песнях, являющихся у германцев единственным видом исторических преданий и летописей, они славят рожденного землей бога Туискона и его сына Манна как основателей своего племени, от которых оно происходит. Они приписывают Манну трех сыновей, по имени которых ближайшие к Океану германцы называются ингевонами, живущие внутри страны - гермионами, а остальные - истегевонами... Имя же "Германия" новое и недавно вошедшее в употребление.
Гл.6. Железа у них тоже не много, как это можно заключить по характеру их наступательного оружия. Они редко пользуются мечами и длинными копьями, а действуют дротиком или, как они его называют фрамеей, с узким и коротким железным наконечником, оружием настолько острым и удобным, что одним и тем же дротиком они, смотря по обстоятельствам, сражаются и в рукопашную и издали. Даже всадники довольствуются фрамеей и шитом; пехотинцы же пускают и метательные копья, каждый по несколько штук, причем они голые или в коротком плаще, мечут их на огромное расстояние. У германцев совсем нет хвастовства роскошью [оружия]; только щиты они расцвечивают изысканнейшими красками. У немногих [имеется] панцирь, а шлем металлический или кожаный, едва [найдется] у одного или двух. Их лошади не отличаются ни внешней красотой, ни быстротой; да германцы не научились делать разные эволюции по нашему обычаю: они гонят [своих лошадей] или прямо, или направо таким сомкнутым кругом, чтобы никто не оставался последним.
Вообще они считают, что пехота сильнее [конницы] и поэтому сражаются смешанными отрядами, вводя в кавалерийское сражение и пехоту, быстротой своей приспособленную к этому и согласованную с конницей; таких пехотинцев выбирают из всей молодежи и ставят впереди боевой линии. Число их определенное - по сотне из каждого округа; они так и называются у германцев ["сотнями"], а то, что раньше действительно обозначало количество, теперь стало названием [отряда] и почетным именем.
Боевой строй [германцев] составляется из клиньев. Отступить, но с тем, чтобы вновь наступать, [у них] считается не трусостью, а благоразумием. Тела своих [убитых и раненных] они уносят с поля битвы даже тогда, когда исход ее сомнителен. Оставить свой щит - особенно позорный поступок: обесчестившему себя таким образом нельзя присутствовать при богослужении или участвовать в народном собрании, и многие, вышедшие живыми из битвы, кончают свою позорную жизнь петлей.
Гл.7. Королей [германцы] выбирают по знатности, а военачальников - по доблести. [При этом] у королей нет неограниченной или произвольной власти, и вожди главенствуют скорее [тем, что являются] примером, чем на основании права приказывать, тем, что они смелы, выделяются [в бою], сражаются впереди строя и этим возбуждают удивление. Однако казнить, заключать в оковы и подвергать телесному наказанию не позволяется никому, кроме жрецов, да и то не в виде наказания и по приказу вождя, но как бы по повелению бога, который, как они верят, присутствует среди сражающихся; в битву они приносят взятые из рощ священные изображения и значки. Но что является особенным возбудителем их храбрости, - это то, что их турмы и клинья представляют собой не случайные скопления людей, а составляются из семейств и родов, а вблизи находятся милые их сердцу существа и оттуда они слышат вопль женщин и плач младенцев; для каждого это самые священные свидетели, самые ценные хвалители: свои раны они несут к матерям и женам, а те не боятся их считать и осматривать, они же носят сражающимся пищу, а также поощряют их.
Гл.9. Из богов германцы более всего почитают Меркурия, которому в известные дни разрешается приносить также и человеческие жертвы. Геркулеса и Марса они умилостивляют назначенными для этого животными... Однако германцы считают несоответствующим величию божественных существ заключать их в стены храмов, а также изображать их в каком-либо человеческом виде: они посвящают им рощи и дубравы и именами богов называют то сокровенное, что созерцают с благоговением.
Гл.10. Гадание по птицам и по жеребьевым палочкам они почитают, как никто. И это также им известно - гадать по голосам и полету птиц. Особенностью же этого народа является то, что он ищет предзнаменований и предостережений также и от лошадей. В тех же рощах и дубравах [которые посвящены богам] на общественный счет содержатся [такие лошади], белые и не оскверненные никакой работой для смертных. Их, запряженных в священную колесницу, сопровождает жрец вместе с королем или вождем племени и примечают их ржание и фырканье; и ни к какому гаданию германцы не относятся с большей верой и причем не только простолюдины, но и знать; жрецы считают себя служителями богов, а коней - посвященными в их тайны. Есть у германцев и другой способ наблюдать за знамениями, при помощи которых они стараются узнать исход важных войн. Они сводят взятого каким-нибудь образом в плен воина того народа, с которым ведется война, с избранным из числа своих соплеменников, каждого со своим национальным оружием, и победа того или другого принимается как предзнаменование.
Гл.13. [Германцы] не решают никаких дел, ни общественных, ни частных, иначе как вооруженные. Но у них не в обычае, чтобы кто-нибудь начал носить оружие раньше, чем племя признает его достойным этого. Тогда кто-нибудь из старейшин, или отец, или сородич, в самом народном собрании вручает юноше щит и копье; это у них заменяет тогу, это является первой почестью юношей: до этого они были членами семьи, теперь стали членами государства. Большая знатность или выдающиеся заслуги отцов доставляют звание вождя даже юношам; прочие присоединяются к более сильным и уже давно испытанным [в боях], и нет никакого стыда состоять в [чьей-нибудь] дружине. Впрочем, и в самой дружине есть степени по решению того, за кем она следует. Велико бывает соревнование и среди дружинников, кому из них занять у своего вождя первое место, и среди [самих] вождей, у кого более многочисленная и удалая дружина. В ней его почет, в ней его сила: быть всегда окруженным большой толпой избранных юношей составляет гордость в мирной время и защиту во время войны. И не только у своего, но и у соседних племен вождь становится знаменитым и славным, если его дружина выделяется своею многочисленностью и доблестью: его домогаются посольства, ему шлют дары, и часто одна слава его решает исход войны.
Гл.14. Во время сражения вождю стыдно быть превзойденным храбростью [своей дружиной], дружине стыдно же не сравняться с вождем; вернуться же живым из боя, в котором пал вождь, значит на всю жизнь покрыть себя позором и бесчестьем; защищать его, оберегать, а также к славе его приписывать свои подвиги - в этом главная присяга [дружинника]: вожди же сражаются за победу, дружинники - за вождя. Если племя, в котором они родились, коснеет в долгом мире и праздности, то многие из знатных юношей [ по своему собственному почину] отправляются к тем племенам, которые в то время ведут какую-нибудь войну, так как этому народу покой противен, да и легче отличиться среди опасностей, а прокормить большую дружину можно только грабежом и войной. Дружинники же от щедрот своего вождя ждут себе и боевого коня, и обагренное кровью победоносное копье, а вместо жалования для них устраиваются пиры, правда, не изысканные, но обильные. Средства для такой щедрости и доставляют грабеж и война. [Этих людей] легче убедишь вызывать на бой врага и получать раны, чем пахать землю и выжидать урожаи; даже больше - они считают леностью и малодушием приобретать потом то, что можно добыть кровью.
Гл.15. Когда они не идут на войну, то все свое время проводят частью на охоте, но больше [в полной] праздности, предаваясь сну и еде, так что самые сильные и воинственные [ из них] ничего не делают, предоставляя заботу и о доме, и о пенатах, и о поле женщинам, старикам и вообще самым слабым из своих домочадцев; сами они прозябают [в лени] по удивительному противоречию природы, когда одни и те же люди так любят бездействие и так ненавидят покой.
Гл. 16. Достаточно известно, что германские народы совсем не живут в городах и даже не выносят, чтобы их жилища соприкасались друг с другом; селятся они в отдалении друг от друга и вразброд, где [кому] приглянулся [какой-нибудь] ручей, или поляна, или лес. Деревни они устраивают не по-нашему - в виде соединенных между собой и примыкающих друг к другу строений, но каждый окружает свой дом [большим] пространством или для предохранения от пожара, или же по неумению строить. У них также нет обыкновения пользоваться [для построек] щебнем и делать черепичные крыши. [Строительный] материал они употребляют не обделанным и не заботятся о красивом и радующем глаз виде [построек]. Впрочем, некоторые места они обмазывают землей [глиной], такой чистой и яркой, что получается впечатление цветного узора. У них в обычае для убежища на зиму и хранения продуктов вырывать подземелья, наваливая сверху много навозу; такие места смягчают суровость холодов, а в случае нашествия неприятеля все открытое разграбляется, спрятанное же и зарытое или остается неизвестным, или ускользает, потому что его [еще] надо искать.
Гл.20. [Дети] в каждом доме растут голые и грязные [и] вырастают с теми [мощными] членами и телосложением, которому мы удивляемся. Каждого [из них] кормит мать своей грудью, не передавая служанкам или кормилицам. При этом господин не отличается какой-нибудь роскошью воспитания от раба. Они живут среди того же самого скота, на той же самой земле, пока возраст не отделит свободных [от рабов] и их не признают по доблести.
Сын сестры в такой же чести у своего дяди, как и у отца; некоторые даже считают этот вид кровной связи более тесным и священным и при взятии заложников предпочтительно требуют [именно таких родственников], так как ими крепче удерживается душа и шире охватывается семья. Однако наследниками и преемниками у каждого являются его собственные дети; завещания никакого [у германцев не бывает]. Если [у кого] нет детей, то во владение [наследством] вступают ближайшие по степени [родства] - братья, [затем] дядья по отцу, дядья по матери. Чем больше сородичей, чем многочисленнее свойственники, тем большею любовью окружена старость... Бездетность не имеет [у них] никакой цены.
Гл.21. [У германцев] обязательно принимать на себя как вражду [своего] своего отца или сородича, так и дружбу. Впрочем, [вражда] не продолжается [бесконечно и не является] непримиримой. Даже убийство может быть искуплено известным количеством скота, крупного и мелкого, [причем] удовлетворение получает вся семья. Это очень полезно в интересах общества, так как при свободе [расправы] вражда [гораздо] опаснее.
Гл.25. Остальными рабами они пользуются не так, как у нас, с распределением служебных обязанностей между нами как дворовой челядью: каждый из рабов распоряжается в своем доме, в своем хозяйстве. Господин только облагает его, подобно колону, известным количеством хлеба, или мелкого скота, или одежды [в виде оброка], и лишь в этом выражается его обязанность как раба. Все остальные обязанности по дому несут жена и дети [господина]. Раба редко подвергают побоям, заключают в оковы и наказывают принудительными работами; чаще случается, что его убивают, но не в наказание или вследствие строгости, а сгоряча и в порыве гнева, как бы врага, с той только разницей, что такое убийство остается безнаказанным.
Вольноотпущенники немногим выше рабов. Редко они имеют значение в доме и никогда - в государстве, за исключением тех народов, у которых существует королевская власть, где они [иногда] возвышаются над свободными и [даже] над знатными; у других же народов низкое положение вольноотпущенников является доказательством свободы.
Гл.26. Германцы не знают отдачи денег в долг и наращивания процентов [и таким неведением] они лучше защищены от этого [зла], чем если бы оно было запрещено [законом].
Земля занимается всеми вместе поочередно по числу работников, и вскоре они делят ее между собой по достоинству; дележ облегчается обширностью земельной площади; они каждый год меняют пашню и [все-таки] еще остается [свободное] поле. Они ведь не борются с [естественным] плодородием почвы и ее размерами при помощи труда - они не разводят фруктовых садов, не отделяют лугов, не орошают огородов; они требуют от земли только [урожая] посеянного [хлеба]. От этого они год делят не на столько частей, как мы: у них существуют понятия и соответствующие слова для зимы, весны и лета, названия же осени и ее благ они не знают.

 

Категория: Источники | Добавил: olimpiada (26.02.2012)
Просмотров: 787 | Рейтинг: 0.0/0

Календарь


© Все размещенные материалы на сайте доступны для использования в профессиональной деятельности учителя истории и обществознания. 

Запрещается размещать авторские материалы на своих сайтах и блогах без разрешения авторов сайта.


Конкурсы для учителей 



Ваша статья в нашем сборнике


Сертификат о публикации


Электронное пособие по истории. 10 класс


 

Copyright MyCorp © 2017
Город белокуриха подать объявление в газету | Дать объявление по строительным работам бесплатно | Подать объявление в газету восстания санкт петербург | Дать объявление на секретаря санкт-петербург | Подать объявление в газеты иркутска | Дать бесплатное объявление в газету | Дать объявление подстилающих | Как правильно дать бесплатное объявление о продаже дома | Дать объявление франция | Разместить объявление бесплатно о продаже техники | Металообработка дать объявление | Ломовоз б у продам объявления 2009 2010 г | Объявления продам мотоциклы | Разместить объявление услуг электрика | Газета объявления подать | Дать объявление покрышки | Подать объявление по воронежу | Дать объявление отказаться | Объявленияпродам щенка шарпея за 1000р | Вдв коми дать объявление | Дать объявления о купле авто в кредит | Дать бесплатное объявление о работе шеф поваром дать резюме | Где можно подать бесплатное объявления | Подать объявление на покупку домика в лен.области | Елецкая реклама дать объявление